США - Про «ай контакт», флирт и голубых
Американская очередь. Люди всегда стоят, как минимум, в полуметре друг от друга
Американская очередь. Люди всегда стоят, как минимум, в полуметре друг от друга
 

США - Про «ай контакт», флирт и голубых

Принципиальное отличие американской очереди (в местах, где вы находите таковую) от нашей сводится к тому, что люди в этой очереди всегда стоят, как минимум, в полуметре друг от друга. Необоснованное прикосновение, физический контакт с незнакомым человеком крайне нежелательны, и их избегают всеми возможными способами.

Точно так же переполненный американский автобус выглядит иначе, чем наш: люди в салоне «толпятся» с хорошо выдерживаемой дистанцией, а остающееся свободное пространство никому и в голову не приходит использовать, чтобы не посягнуть тем самым на «прайвеси» находящегося рядом человека.

Водитель полупустого, по нашим меркам, автобуса с улыбкой скажет очередному пассажиру: «Я сожалею, но автобус уже заполнен, следующий подойдет через несколько минут, извините», —  и люди на остановке воспримут это как должное.

Поэтому если вы везете американцев (пусть они даже из Нью-Йорка, Чикаго, Лос-Анджелеса или Сан-Франциско, где народ более-менее привычен ко всему) в час пик в московском метро или в наземном транспорте, потом надо дать им некоторое время, чтобы прийти в себя от запредельных новых и ярких впечатлений, связанных с шокирующим их вторжением в «прайвеси» (и граничащих, в американском представлении, отчасти с физическим насилием, отчасти с интимной близостью — в зависимости от того, сколько находится рядом пассажиров мужского или женского пола...).

Вот почему физический контакт оказывается более важен и значим для американцев, чем для нас. Если двое мужчин идут, взявшись за руки, то это и на московской улице однозначно скажет нам о них многое.

Что совсем не так в отношении девчонок, девушек и женщин. Шушукающиеся подружки, сидящие или идущие под ручку, для нас с вами — обычное явление. Если вы видите такое в США, то это, вне сомнений, — гомосексуальная пара, причем намеренно выставляющая свои отношения напоказ.

Придавая такое значение физическому контакту, американцы больше обращают внимание и на визуальный контакт («ай контакт», «контакт глаз»).

Вы найдете массу социологических исследований об относительной общительности, открытости или доброжелательности жителей разных штатов и регионов страны, основанных на анализе визуального контакта, то есть того, как люди смотрят друг на друга на улицах городов.

Так что для меня совсем не удивительно наблюдать ошалелых американцев, вернувшихся из России с квадратными глазами и с бурлящими эмоциями, — «ай контакт» в российских городах куда более откровенен и красочен, чем где-либо в США.

Одновременно понимаешь, почему здесь даже за нескромный взгляд могут подать в суд, как за нарушение норм и приличий между полами.


 

 
О чем нельзя не упомянуть, говоря о правах человека, так это о положении в американском обществе инвалидов. Человеку в инвалидном кресле доступно в Америке практически все. Во всех зданиях, офисах, магазинах, развлекательных и интересных местах (включая национальные парки) есть специально оборудованные инвалидные дорожки. Равно как особые инвалидные кабинки есть в каждом публичном туалете.

Если на остановке ждет инвалид, то из-под ступенек подошедшего автобуса выдвигается специальная платформа, водитель выходит, помогает человеку заехать на нее, закрепляет кресло, платформа поднимается и завозит кресло в салон.

Во всех детских мероприятиях и в праздниках дети-инвалиды всегда участвуют на равных. И надо видеть, как искренне поддерживают болельщики ребенка-дауна, изо всех сил старающегося забросить мяч в кольцо или добежать до финиша...

Наблюдая все это, невольно задумываешься о сотнях тысяч инвалидов у нас дома и о мужестве этих людей, живущих день за днем, порой даже не имея возможности просто выйти на улицу...

Вплотную к сказанному о правах человека и «прайвеси» примыкает совершенно особая проблема взаимоотношения полов, видимая часть которой ближе не к сексу, а к аспекту соотношения прав мужчины и женщины, равноправия в обществе.

Вопрос этот нередко приобретает в США гипертрофированное проявление благодаря воинствующему феминизму, завоевавшему в американском обществе к настоящему времени весьма прочные позиции.

На эту тему ежегодно публикуются десятки томов и снимаются несколько фильмов; об этом в каждом выпуске любой американской газеты вы найдете что-либо злободневное; ну а уж президентство Клинтона — наглядный пример того, что статус проблемы абсурдно сопоставим с глобальными явлениями, определяющими государственные судьбы США.

Половина американцев лишь вздыхает, сокрушенно качая головой по сему поводу, признавая нелепость происходящего и полную свою беспомощность это изменить...

Поэтому начнем с практической рекомендации. Общаясь с человеком из США противоположного пола, избегайте комплиментов, подчеркивающих сексуальную принадлежность собеседника. Если вам хочется сказать человеку приятное, делайте акцент на его профессиональных качествах или успехах.

Невинный, по нашим понятиям, комплимент женщине может стоить вам в США очень дорого в прямом и переносном смысле. Многочисленные рассказы про приезжающих в Штаты россиян, дружески обнимающих женщин за талию во время беседы на деловом приеме или коктейле, а потом получающих приглашение в суд или предложение уплатить пару тысяч долларов компенсации по иску за недопустимое поведение, большей частью не легенды.

Если некоторым нашим высокопоставленным государственным деятелям такое сходит с рук, то простой смертный за подобное вполне может поплатиться репутацией или даже карьерой.
 
 
Человеку в инвалидной коляске доступно в Америке практически все
Человеку в инвалидной коляске доступно в Америке практически все
 
Поэтому, мужчины-россияне! Забудьте поэтическую романтику московского метро, где за три минуты движения на эскалаторе вы порой переживаете несколько волнительных романов, возникающих от мимолетно встретившихся взглядов, движения бровей или щедро подаренной улыбки...

Подобная чувствительность — даже только взгляд — может стоить вам в Америке суда, непомерных расходов и душевного комфорта на долгий срок. (Убежден, что знай об этом россияне заранее, эмиграция сократилась бы наполовину...)

Я иногда обсуждаю это во взрослых американских аудиториях, в шутку (?) обвиняя американцев в невиданном двуличии. Мол, ребята, как же так? В ваших фильмах я вижу столь яркие эмоции, а в реальности за комплимент женщине могу получить «волчий билет»!

При этом неизменно возникает смех, сопровождающийся вполне серьезными комментариями про самую-самую секретную американскую тайну, тщательно скрываемую от всего окружающего мира: в видимой части реальной повседневной американской жизни сексуальности нет. Это по их собственной формулировке, не по моей. Нет. (Дословно звучит еще проще: «Сергей, о чем ты говоришь?! Секса у нас в Америке нет!»)

Как хотите, так и соотносите это с нашими собственными традиционными шутками про соответствующие аспекты былой советской эпохи.

В частных компаниях (и в молодежной среде) раскованности больше, диапазон допустимой сексуальной свободы зависит от социально-культурной принадлежности действующих лиц, но все это — не в общественном месте между незнакомыми или официально общающимися людьми.

В Америке много и часто говорят про секс и его значение в жизни, пишут книги, углубляют теорию. При этом американские женщины в значительном большинстве следуют стереотипу поведения, последовательно устраняющему из их облика сексуальность: проявление сексуальности предполагает ответную реакцию со стороны мужчин именно как на женщину, а это уже неравенство (Бог мой!).

Если же вы имеете дело с настоящими феминистками, то для них это вообще самое вопиющее из возможных оскорблений — быть воспринятыми мужчинами именно как женщины...

Такие дамы в походе или на субботнике (есть, есть такое в Америке) подчеркнуто на равных тягают с мужчинами тяжести и очень горды собой при этом — трогательное и грустное зрелище.

К большому сожалению, устраняя из облика сексуальность, американки часто скрывают и женственность, отчего общество в целом проигрывает неимоверно. (К счастью, всегда есть случаи, когда скрывай — не скрывай, естество все равно берет свое, прорывается наружу...)

Так что в обычной повседневной жизни американцы явно обкрадывают себя, лишаясь непередаваемого очарования невинного флирта, многократно воспетого классиками всех времен и народов.
 
 

 
Неужели они компенсируют это для себя традиционными штампами массового кинематографа, преподносящего вихри сексуальных эмоций и лютый секс в качестве повседневных реалий?

Не знаю. Это как нежную акварель, висящую на видном месте в гостиной, заменить повешенным в кладовке ярким кичевым плакатом, намалеванным флюоресцентной гуашью.

(Понятно, что, говоря о подобной романтике, мы исключаем из разговора весьма рапспространенное у нас в России хамство в этой сфере; абсолютно неприемлемое, унизительное для женщин и производящее на свежего человека удручающее впечатление липкой похотливой гадливости — естественное объяснение того, почему приезжающие в Россию американки очень часто не самого высокого мнения о российских мужчинах. В чем, уж будем откровенны, с ними солидарны и многие россиянки.)

К слову об упомянутом кинематографе: в отношении взрослых сцен порядка на американском телевидении куда больше, чем на нашем, российском, упивающемся свободой и расцветом демократии (когда даже детская программа может соседствовать с откровенно сексуальной рекламой или анонсом взрослого фильма).

Все фильмы ранжированы здесь по степени сексуальных откровений и уровню показываемого насилия. Низкопробная порнуха идет лишь по специально отведенным для этого платным каналам. Недавно в печати был скандал по поводу того, что глушится эта трансляция недостаточно, что представляет собой потенциальную угрозу для несовершеннолетних.

Хоть и не нравятся мне американские перегибы в сфере взаимоотношения полов, но все-таки лучше так, чем как в Москве, где я не могу по улице пройти с дочерью из-за тошнотворного пейзажа киосков с выставленными на витринах пластиковыми мужскими принадлежностями всех цветов и размеров.

Все это занимательное оборудование вы, конечно же, найдете и в Америке, но здесь вы не наткнетесь на унизительное для окружающих безнаказанное самовыставление подобного бизнеса. Все это в любом ассортименте присутствует лишь за плотными шторами «магазинов для взрослых», но уж никак не на виду у случайного прохожего.

Раз уж мы заговорили о сексе, скажу, что отличия наши очень заметно проявляются в отношении общества к гомосексуализму. Предмет куда как спорный, неизменно вызывающий щекотливые дебаты.

Я этого волнения не разделяю, априори полагая, что спать, по взаимному согласию, каждый может с кем хочет. Хорошо двум людям вместе — и слава Богу. Про ситуацию с этим в России распространяться не буду, сами знаете.

В США проблема виднее. Потому что обывательского лицемерия, равно как и деспотизма властей на ее счет, меньше. Здесь, слыша, что в женских спортивных командах количество девушек, проявляющих гомосексуальную ориентацию, порой достигает двадцати пяти процентов, никто не закатывает глаза и не всплескивает руками: «Ах, не может быть!» Все воспринимают это как и положено — как факт (кстати, наивно полагать, что в России эта статистика принципиально отличается от американской).
 
 
 
 
Неправильно думать, что Америка открыто поддерживает гомосексуальные связи, вовсе нет. Официальное разрешение подобных браков на Гавайях, например, вызвало массу дебатов и не признается в большинстве других штатов страны.

Однако при всех противоречиях проблемы как таковой, отношение к гомосексуалистам здесь гораздо более терпимое и цивилизованное. Потому что подходит общество к ней не со стороны запрета и осуждения, а со стороны равноправия, уважения к чужой индивидуальности и понимания всеобщего разнообразия.

Момент, когда я пишу это, случайно совпал с проведением в Портленде (штат Орегон) ежегодного парада гомосексуалистов и лесбиянок. Затронув тему, я уже не мог этот парад пропустить, поэтому отправился туда солнечным июньским днем.

Где, в результате, проторчал четыре часа, обгорев на жарком южном солнце, «как в аду...». А, каково? Весьма недвусмысленная шуточка при разговоре о столь щекотливом предмете. Режет она вам глаз? Не думаю. А вот здесь такая шутка не пройдет. И наблюдая этот парад, я в очередной раз понял — почему.

Не буду трогать самих участников — людей с нетрадиционной сексуальной ориентацией. Скажу лишь, что на мероприятии такого масштаба празднично сконцентрировано все то, что в повседневной жизни распределено реже, тонким слоем, но, поверьте уж, повсеместно (согласно официальной статистике, нетрадиционную сексуальную ориентацию проявляют три процента населения страны).

Гомосексуалисты, лесбиянки, транссексуалы, бисексуалы — все, кто угодно. Замечу, что помимо экстремистов, сознательно шокирующих мир своим вызывающим экстравагантным обликом и поведением, в этой среде много «нормальных, приличных» людей.

А иначе и быть не может. Поставьте себя в такую ситуацию: у вас растет ребенок, которого вы воспитываете, любите, который является самой важной частью вашей жизни. И в один прекрасный день вы узнаете, что ваш уже почти взрослый сын или дочь не такие, как все.

Что их тянет к другому и счастливы они в другом, нежели большинство из нас. Согреет вам душу, если все общество вокруг начнет избивать их камнями, присвоив ярлык преступника, извращенца и изгоя?

Вот и понимаешь после этого, откуда взялись на этом параде группы: «Отцы — в защиту детей гомосексуалистов», «Такая-то церковь — в поддержку разнообразия сексуальной ориентации», «Матери лесбиянок».

И многое другое. Я отснял в этот день триста кадров, но мне категорически не хочется подменять аспект общественного отношения к этой проблеме сенсационной репортажной чернухой экзотических образов эксцентричных людей. Мне было гораздо важнее наблюдать многочисленных зрителей вдоль улиц, доброжелательно приветствующих всех этих, порой столь странных и столь отличных от них самих, демонстрантов.

В прошлом учебном году мой коллега, будучи молекулярным генетиком, объявил в лютеранском университете в качестве тематического специального семинара курс «Гомосексуальность».

Помимо научного анализа биологической стороны вопроса, дискуссий и прочего, он дополнил семинар тем, что пригласил в аудиторию один раз мужскую пару, в другой — женскую, воспитывающую маленького ребенка, рожденного через искусственное осеменение одной из партнерш.

Ее напарница — очаровательная, очень женственная девушка, была в одном из моих классов — прекрасно успевающая студентка, одаренный человек. Глядя на нее и на все происходящее, я думал о том, что она могла бы составить счастье любого мужчины, но, как говорят на Востоке, «бас-халас» — не судьба...

Гости рассказывали про то, как они первоначально открыли в себе это качество, отличающее их от большинства окружающих, как им живется в обществе, как относятся к ним люди вокруг.

Все, что я уже говорил выше о взаимной терпимости и способности принять чужую точку зрения, проявилось во время этих встреч в полной мере. Доброжелательные люди вместе обсуждали важное для всех, сознавая, что все они разные, и искренне стараясь понять друг друга. И

уж, конечно, никто возмущенно не фыркал, не поджимал губы и не демонстрировал своего неприятия или антипатии.

Молодцы.

В избранное (0) | Ссылка на статью | Просмотров: 13677 | Версия для печати

Добавить комментарий
RSS комментарии

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии.
Авторизуйтесь или зарегистрируйтесь.